Когда в 2023 году Евгений, муж Елены Семеновой из села Ромны, объявил супруге, что решил пойти добровольцем на СВО, женщина испытала шок. С двумя маленькими детьми, с хозяйством, да еще и в своем доме на земле жить одной, без мужчины, нелегко.
У Елены, как и у Евгения, – это второй брак. С первыми супругами жизни долгой и счастливой не сложилось. Оба взрослые, самодостаточные, но захотелось в свой дом, чтобы — огородик, хозяйство. К тому же у Елены уже было двое детишек от первого брака.
Она работала в передвижном почтовом пункте связи и приглядела в Ромнах домик. И супруги решили воплотить свои мечты в реальность. 15 марта 2015 года они переехали из ЛДК, где познакомились и какое-то время жили, в Ромны. Купили понравившийся Елене дом, завели хозяйство.
Спустя два года в семье появилась дочь София, а еще через два, в 2019-м – сын Александр. Мальчик, как говорит женщина, — копия своего отца. Хоть совсем еще маленький, но уже все делает самостоятельно и очень аккуратно.
— Женя родился 15 февраля 1978 года в Дальнереченске. Его родители жили в ЛДК. Мама там так и живет. Учился в третьей школе. В армии служил в ракетных войсках.
Мы с ним познакомились в 2009 году. Я тогда работала на почте. К тому времени и его, и мой браки распались. Я жила с детьми в ЛДК, снимали там квартиру. Рядом с нами жил двоюродный брат Евгения. Вот он к нему в гости частенько заглядывал, а потом и ко мне по-соседски заглянул.
В 2017 расписались. Когда уже в Ромны переехали, решили попробовать заняться своим делом. Выбрали сельское хозяйство. Я заключила соцконтракт на растениеводство. На выделенные деньги купили мотоблок, построили парники, рассаду, овощи, картофель выращивали.
В 2022 году когда объявили мобилизацию, он тоже должен был получить повестку, но так как был прописан у матери, ему ее не смогли вручить. Позже стали набирать добровольцев, и он тоже решил, что не стоит ждать – надо идти.
У Жени задолженность по алиментам была. Его первая жена в 2012 году уехала из России в Одессу, забрала сына. Хоть он и работал, но никак не мог ее загасить – зарплаты всегда не хватало.
Да и в разговорах со мной он время от времени говорил, что СВО не закончится быстро. Надо идти на СВО — исполнить свой мужской долг. Полагаю, что таким образом хотел подготовить меня к принятию его решения.
Позывной у него был Сема. Они сразу за штурмовиками шли. Обеспечивали их техникой, если раненые были, они перемещали их ближе к линии, где уже военные санитары их забирали. Они стояли за пятьдесят седьмой бригадой, на южно-донецком направлении работали. Горловка, Авдеевка – эти населенные пункты они проходили. Когда в этом году, перед тем как погибнуть, звонил, все говорил: «Такая красота здесь — сады цветут».
Он и его боевые товарищи хорошо зарекомендовали себя. У них быстро и качественно получалось ремонтировать, и командир определил его в ремонтное подразделение. Ремонт надо было проводить практически непрерывно, если это было возможно.
И свою «буханку», на которой постоянно выезжали на задание, они тоже сами ремонтировали. Но после того, как с выследившего их квадрокоптера скинули матнитную бомбу, а их самих взрывной волной выкинуло и по сторонам раскидало, машину пришлось сменить. Она была в хлам, даже ремонту не подлежала, как люди уцелели – это просто чудо. И им взамен дали другую.
Когда в феврале этого года Евгений приехал в отпуск, я не узнала своего мужа. У него слезы лились, он плакал. Сильно изменился за прошедший год.
Были как помощники. Забирали раненых. Передавали технику на передовую, за штурмовиками. Многого он мне не говорил. Запрещено. Но всегда сообщал, когда уезжал на задание и предупреждал, что будет без связи.
Накануне гибели он позвонил, сказал, что ожидается большое наступление, и он долго не выйдет на связь. Написал мне: «Молись за меня, не забывай», — будто прощался.
А у меня тревожное такое состояние было. Оно и так с августа 2023 года не ослабевало, а здесь прямо нарастало и накрывало, словно волной.
И когда после 25 апреля он не вышел на связь в условленный срок, я начала подозревать худшее, но верить и надеяться на лучшее очень хотелось. Потом я звонила в часть, они мне ответили, что числится в живых.
А он все не выходит и не выходит. Начала уже по сослуживцам, по волонтерам искать. Мы всей семьей звонили по очереди. И сестра, и дочь моя, и я сама. Потом, во время уже не знаю какого по счету звонка в часть, подошел командир и сказал, что Евгений погиб 25 апреля.
Выследили дроны. Водителем был Руслан, и потом, когда муж погиб, он сильно винил себя за то, что не успел довезти его до госпиталя. Говорил, что Женя должен был выжить… Не выжил. Скончался от ран и болевого шока. Руслана тоже сильно зацепило, едва не погиб, чудом в живых остался, хоть и инвалидом.
Сначала Женя в неопознанных был, ведь когда его в госпиталь привезли, при нем не было ни документов, ни жетона. Поэтому так и получилось, что не сообщили сразу.
Хороший он у нас был. Заменил моим детям отца, очень жаль, что своих не сможет поднять. Но если бы не эти двое малышей рядом, не знаю, как я смогла бы жить дальше…
Старший сын хоть и рядом, но уезжает часто, он работает вахтовым методом. Теперь он заменит им отца.
Светлана САФРОНОВА
