30 ноября отметила свой 85-летний юбилей из Новопокровки. Поздравить ее с прошедшим днем рождения и вручить небольшой подарок от Районного совета ветеранов мы отправились с Натальей Хандошко, председателем райсовета.
Явно не ожидавшая нашего прихода Людмила Трофимовна была приятно удивлена и с улыбкой приняла наши запоздалые поздравления. А запоздалые они были оттого, что пришли мы к ней спустя почти три недели после юбилейной даты.
И всё же в этот день поговорить с Людмилой Трофимовной за жизнь мне не удалось, поэтому, обменявшись номерами телефонов, договорились о встрече в другой день.
Так совпало, что второму моему визиту к ней предшествовал небольшой снегопад и я, подойдя к дому и увидев расчищенный двор, про себя отметила, что надо обязательно спросить, кто же это ей с утра почистил снег.
Людмила Косых, а это девичья фамилия моей героини, родилась перед Великой Отечественной войной, в 1940 году, в Смирновке — была когда-то такая деревня перед Ромнами. Здесь был свой колхоз, где выращивали и картофель, и овощи, и пшеницу с рожью.
Людмила Трофимовна приготовила альбомы с фотографиями. В них — старые, слегка пожелтевшие снимки и очень много — красивых, уже цветных. В них — вся жизнь длиною в восемь с половиной десятилетий. Людмила Трофимовна немногословна, о себе рассказывает скупо, все больше — о родных и близких.
— Это внучки мои пошли в школу, — рассматривая внимательно фотографию, вспоминает она о каждом запечатленном событии, — здесь — младшая Катя пошла в первый класс.
А это — уже со вторым мужем на каком-то торжестве. Схоронила его шесть лет назад. А это мы на парад ходили с друзьями. А вот это я на рабочем месте. Вот здесь весь наш коллектив.
А это мы с Катей возле сакуры — весной в палисаднике красота, цветы кругом. Раньше, в наши молодые годы фотографий почти и не было. Кто там, в Смирновке, фотографировал бы?! Очень редко когда фотограф заезжал.
А на этом фото я — с братьями. Мама четверых нас сама и вырастила. Отца своего я не помню и ни разу не видела. Когда мама еще беременная мной была, его отправили в Новосибирск на учебу, а оттуда он ушел на фронт. До 1942 года он писал письма, а потом связь оборвалась.
Мама замуж больше не вышла, так и жила одна. Хорошо родственников было много, они и помогали нашей маме. Если бы не они, даже не знаю, как мы выжили бы.
Самым старшим у нас был брат Юра. Кадровый военный, он жил в Хабаровске. Вася — младший и средний — Витя, они здесь, в Новопокровке, жили. Но сейчас я уже осталась одна, все — и мама, и братья умерли. Зато у меня много племянников, в том числе и внучатых.
У нас очень большая и дружная родня. Раньше часто, если какие гости приезжали из города, все вместе собирались за накрытым столом. А сейчас я уже редко куда выбираюсь, а зимой так особенно — и холодно, и скользко.
В нашей Смирновке была семилетняя школа, мы все в ней учились, а уже с 8-го по 10-й оканчивали в Новопокровке. Учиться я любила, поэтому и в школе очень хорошо училась. Да, наверное, раньше плохо никто не учился — все стремились образование получить. В те годы много кто из взрослых ни читать, ни писать не умел, да и наша мама тоже ведь неграмотная была. Это потом я научила её читать.
Несмотря на мою любовь к знаниям, после школы я никуда не поехала, осталась дома. Надо было маме помогать. Васю нянчила, у нас с ним десять лет разница была.
После школы меня взяли заведующей в библиотеку в Ромнах. Несколько лет там отработала, пока не переехала в Новопокровку. Устроилась сначала в архив, в райисполком, а уже из архива меня направили на работу в прокуратуру.
Помню, первым прокурором при мне был Леонард Федорович Коваленко. Такой хороший человек, интеллигентный, образованный. Он никогда не ругал подчиненных в присутствии других сотрудников.
За 32 года моей службы шесть прокуроров сменилось. Все работники прокуратуры были очень грамотными, ответственными специалистами и очень хорошими людьми.
— Ой, еще же у меня медаль есть, — вспоминает Людмила Трофимовна, доставая резную шкатулку, — я уже на пенсии давно, а вот помнят коллеги обо мне и всегда поздравляют с праздниками. Медаль мне в 2011 году дали. Она — юбилейная, к 290-летию Прокуратуры выпущена.
Вот здесь — еще одна. Это ветеран труда. А сколько было благодарностей, и не перечесть все. А еще путевки раньше давали всегда, поощряли за труд. Была я и в Садгороде, и в Кульдур ездила — там спину лечила, а вот за границей не была ни разу.
Мне всего 43 было, когда мой первый муж умер, ему всего 45 тогда исполнилось, и вот 14 лет прожила одна.
Ивана Лесникова — это мой второй муж — шесть лет назад похоронила. Когда у Ивана умерла жена, ее брат стал сватать меня. Ходили ко мне с женой, уговаривали — надо было зятя пристроить в женские хорошие руки.
Долго меня уговаривали, я уже и привыкла за столько лет жить одна, но в конце концов согласилась и не жалею. Два десятка без малого с ним прожили, он помог мне внучек поднять на ноги.
У меня ведь когда дочь Лена погибла, внучкам было одной — семь, второй — двенадцать. Я ему говорю: «Ну что, Ваня, как будем жить-то дальше? А он мне: «Ты же внучек не бросишь, значит, забираем, будем растить вместе».
Я переживала, конечно, сильно. Но справились, вырастили, выучили. Уже обе замужем, свои семьи создали. Нина, она старшая, сейчас в Уссурийске живет, а Катя — здесь, в Новопокровке. И трое правнуков у меня. Старшей — 14 лет, спортом занимается.
85 лет — это не просто цифра, это годы безупречной службы, две взрослые внучки, трое правнуков, а еще десятки тысяч незаметных дел, из которых складывается забота о близких и родных.
В жизни каждого человека встречаются люди, чья судьба становится примером несгибаемой воли и душевной силы. Именно такой — стойкой, трудолюбивой и бесконечно доброй — я узнала Людмилу Трофимовну.
Её история жизни, совсем не парадной и яркой, а сопровождаемой тяжёлыми утратами и болью, показывает пример, как остаться опорой для своих близких, как сохранить внутреннюю гармонию, несмотря на пережитое.
Жизнь не щадила женщину. Сначала овдовела, потом потеряла дочь — испытание, которое ломает даже самых сильных. В один момент привычный мир рухнул, оставив её наедине с болью и вопросами: «Как жить дальше? Для чего?».
Ответ, родившийся в ее сердце, сердце матери — принять на себя заботу о девочках, стать им опорой.
Сегодня Людмила Трофимовна живёт одна. От переезда к внучкам или к сыну категорически отказывается, настаивает, что, пока — на своих ногах, справится сама, и это не гордыня, а принцип.
Правда, совсем тяжелая работа, признается она, уже не по силам. С побелкой-покраской в доме да на огороде помогают родные.
Но каждое её утро начинается с движения, ведь в своем доме без этого никак. Дрова принести, печь протопить, благо, дом небольшой. Затем — домашние дела: уборка, обед. Хорошо, вода в дом проведена. Сын поставил насос, теперь не надо качать в колонке воду и ведрами носить.
— Места маловато, — сожалеет женщина, — а так можно было бы и коммунальные удобства обустроить.
Даже в мороз она выходит во двор, чтобы расчистить снег. Вот и ответ на мой вопрос, кто расчистил снег во дворе — сама.
— Надо двигаться, — объясняет Людмила Трофимовна, — я не могу сидеть без дела возле телевизора. Включаю его редко. Да и глаза болеть стали, хоть и меняли уже хрусталики, но годы свое берут.
Возле дома — большой огород, 12 соток, и растёт на нём всё, что нужно: и картофель, и морковь, и зелень, ведь, что ни говори, а когда — своё, оно все же вкуснее и полезнее, чем в магазинах, убеждена Людмила Трофимовна.
— Но на следующий год, — говорит она, посажу только мелочь. Слишком уж дорогим выходит картофель: нанять вспахать, потом — обработать, выкопать — за все надо заплатить. Сейчас проще купить мешок на зиму, много ли мне той картошки надо.
В чём же источник этой удивительной энергии? Людмила Трофимовна не даёт пафосных ответов. «Надо двигаться». Даже в самые тяжёлые дни она заставляла себя встать, умыться, сделать хотя бы пару дел.
— Если лежать и жалеть себя, всё закончится, — уверена она.
Жалоб от неё я не услышала ни в первый визит, ни во второй. Когда спросила о трудностях, ответила: «Бывает непросто, но это жизнь. Надо справляться, а не жаловаться».
Людмила Трофимовна не любит громких слов, ведь для неё всё это — просто жизнь, но именно в этой простоте и кроется её величие.
— Да что там писать-то про меня? — вздыхает она на прощание и добавляет, — обыкновенный человек…
Светлана БУЛГАКОВА
